A
A
C
C
C
Обычный вид
Версия для слабовидящих
Государственное автономное учреждение культуры Ярославской области
Угличский государственный историко-архитектурный и художественный музей
ГлавнаяНаука и публикации → Реликвии Супоневского дворца

Реликвии Супоневского дворца

Евгений Лиуконен

Уникальную и исключительно важную часть собрания Угличского музея составляют поступления из нескольких дворянских имений – Шишкина, Екатериновки и Родичева. Многочисленные разнообразные предметы, принятые в смутные послереволюционные годы, являются историческими реликвиями прошлого, представляют значительную культурную ценность. Перечисленные усадьбы пользовались известностью, Шишкино и Родичево относились к числу крупных имений с обширным комплексом построек, парком, отлаженным доходным хозяйством. Но среди местных дворянских имений одна усадьба по праву занимает особое положение. Нетрудно догадаться, что речь идёт о сельце Григорьевском. Только здесь был создан дворцово-парковый ансамбль, сопоставимый с прославленными подмосковными усадьбами.

Величественный дом с колоннами и боковыми крыльями, осенённый старинным парком, возвышался на берегу Волги напротив центра Углича. Но помимо романтических преданий и остатков архитектуры столь значительная усадьба не сохранила существенных материальных свидетельств. Удивительно, но её наследие чрезвычайно мало. Данное обстоятельство имеет логичное объяснение, обусловленное историей имения.

Как известно, архитектурный ансамбль сельца Григорьевского в основном был сформирован во второй половине XVIII – начале XIX столетий. Заслуга его создания, очевидно, принадлежала П.Н. Григорьеву, Н.А. и А.Н. Супоневым. В 1824 году в материалах раздела между наследниками значится «каменный двухэтажный дом с имеющимися в нём святыми иконами, мебелью, картинами, разными серебряными вещами, фарфоровою, фаянсовою, хрустальною и медною посудою, с принадлежащими к оному людскими флигелями, конюшнями и другими службами господскими, разными экипажами, лошадьми, с имеющеюся при оном оранжереей». Усадьба со всем имуществом оценивалась в крупную сумму – 75 573 рубля. Ещё значительнее были долги Московскому опекунскому совету и частным лицам, достигавшие двухсот пятидесяти тысяч рублей. Обширные владения Супоневых в нескольких уездах Ярославской, Костромской и Тверской губерний были неоднократно заложены – неудивительно, что их постепенно распродали. Такая же участь в 1854 году постигла и родовую усадьбу.

Владельцы неоднократно менялись, изменялась обстановка дома, поэтому стоит ли удивляться, что его стены давно покинули мебель, картины, фарфор, серебро… В этом отношении судьба сельца Григорьевского кардинальным образом отличалась от судьбы Шишкина, вплоть до революции сохранявшего преемственную родовую память. Но в собрании Угличского музея всё же есть предметы, происходящие из Супоневского дворца. Правда, они связаны с последними владельцами – Дальбергами.

28 и 30 декабря 1919 года заведующий музеем А.К. Гусев записал в книгу поступлений несколько предметов «из сельца Григорьевского в Угличе, бывшего имения А.Г. Дальберг». Известен Аркадий Густавович – директор Угличской писчебумажной фабрики, сгоревшей в 1912 году. Его брат коллежский асессор Николай Густавович Дальберг был врачом больницы при писчебумажной фабрике, а позднее в чине коллежского советника служил земским врачом, работал в тюремной больнице.

Что же тогда поступило в музей? Очевидно, наиболее колоритным предметом является шкатулка с принадлежностями для карточной игры – деревянная, прямоугольная на небольших закругленных ножках, с лицевых сторон оклеенная черепаховыми пластинками. Облицовка имеет выразительный природный рисунок тёмно-коричневого и красноватого цветов. Дополнением служат профилированные карнизики из белой кости. Ещё более примечательно содержимое шкатулки. Её внутренняя часть отделана малиновым шёлком, тонкие перегородки разграничивают три отделения. В широкие боковые вставляются четыре прямоугольные костяные коробочки, наклонные бортики которых покрыты тончайшим прорезным орнаментом в виде диагональной сетки и цветочных гирлянд. В коробочки положены также выполненные из белой кости игральные фишки в виде тонких пластинок различной формы – большие и малые круглые, прямоугольные, овальные, вытянутые со срезанными углами. Всего насчитывается восемь образцов фишек. На среднюю часть красной и чёрной краской нанесены значки карточных мастей: «червы», «бубны», «вини», «трефы».

В наше время сложно понять назначение этих предметов, но можно отметить, что устройство шкатулки отдалённо напоминает современные наборы для игры в покер. В узкое среднее отделение кейсов укладываются колоды карт, а боковые служат для хранения нескольких сотен круглых фишек с обозначением номинала. Те разнообразные костяные фишки могли также служить для делания ставок, а, может, для подсчёта очков в каких-либо карточных играх.

Описанный предмет не единственный. Из сельца Григорьевского происходит другой набор для настольных игр. Он включает шкатулку квадратной формы с ореховой фанеровкой. На ней с помощью инкрустации тёмным и светлым деревом выполнены поля для нескольких игр – легко узнать шахматные клетки на одной из крышек и трик-трак (нарды) на раскрывающейся внутренней части. Для них предназначены мастерски выполненные из кости миниатюрные шахматные фигуры, красные и белые маленькие круглые фишки. Некоторые элементы вызовут немалые вопросы. Например, на другой крышке чёрными линиями обозначены три концентрические квадратные рамки с круглыми вставками. Это старинная парная игра «мельница» – наиболее распространённый вариант на девять фишек. Для неё, очевидно, предназначены большие красные и белые фишки.

Внутрь шкатулки вложена светлая доска с делениями в виде равноконечного креста и размещёнными по контурам углублениями. Это одна из разновидностей игры парчис или лудо, известной под многими другими названиями: «Приятель, не сердись», «Спеши, спеши» и др. Для неё предназначались фишки-кнопки наподобие шахматных пешек, вставлявшиеся в гнёзда. Также требовалась игральная кость. На бортах шкатулки имеются гнёзда, заменявшие угловые поля-«базы», а также необходимые в трик-траке. Домиками или базами могли служить и гнёзда внутри крестообразного поля – в таком случае игра была на три фишки. Парчис и мельница менее известны, чем шахматы или нарды, но тоже относятся к числу распространённых игр, похожие компактные наборы изготавливаются и в наше время.

Наряду с настольными играми из усадьбы поступила небольшая вытянутая шкатулка округлой формы со скобообразной ручкой и замочком. Поверхность крышки орехового дерева покрыта тонким растительным орнаментом в виде изогнутых веточек – инкрустацией из перламутра и серебряной проволоки. Во внутренних щелях затерялось несколько бисеринок, а потому можно предположить, что шкатулка предназначалась для рукоделий. Удобная миниатюрная форма позволяла брать её в дорогу.

Другой интересной частью поступления было небольшое собрание русских и иностранных монет. Можно упомянуть «две копейки» 1757 года – на аверсе крупной медной монеты изображён Георгий Победоносец, поражающий копьём дракона, а на реверсе в лаврово-дубовом венке фигурный вензель императрицы Елизаветы Петровны. Куда более просты 2 копейки 1797 года Сузунского (Барнаульского) монетного двора. На аверсе вензель Павла I под короной, а на реверсе номинал и дата. Ещё отметим 2 копейки 1844 года, отчеканенные в Екатеринбурге. Монету украшает вензель Николая I, а номинал содержит особое обозначение «серебром», указывая, что курс серебряных, медных и бумажных денежных знаков был уравнен после реформы 1839 года. В наше время экзотично воспринимаются монеты 1/4 копейки и полушка, но в России традиционно существовали и такие номиналы. Дополняет собрание медная монета 1 пенни 1873 года Гельсингфорсского монетного двора, выпущенная для входившего в состав Российской империи Великого княжества Финляндского.

Среди иностранных монет можно отметить британский «один пенни» 1862 года. Его украшают портрет королевы Виктории и латинская надпись: «VICTORIA D:G: BRITT: REG: F:D:» (Виктория милостью Божией британская королева защитница веры). На реверсе аллегория Британии – сидящая на берегу женщина в античных одеждах и шлеме, с трезубцем и щитом. Вдали маяк и парусный корабль. На французских «десяти сантимах» 1856 года горделивый профиль императора Наполеона III с остроконечной бородкой. На реверсе имперский орёл с молниями. Германскую империю представляет серебряная монета 1 марка 1874 года, отчеканенная в Штутгарте. На аверсе размещён стилизованный орёл с геральдическим щитом, а на реверсе обозначение номинала в венке из дубовых ветвей.

Вот такое оригинальное собрание поступило в музей из сельца Григорьевского. Для нас важен факт, что все эти предметы находились в стенах овеянной преданиями старинной усадьбы – когда она была в целости.

x
Подписаться на новости
X