A
A
C
C
C
Обычный вид
Версия для слабовидящих
Государственное автономное учреждение культуры Ярославской области
Угличский государственный историко-архитектурный и художественный музей
ГлавнаяНаука и публикации → К вопросу о генезисе и развитии поместного землевладения в Угличском крае. нач.XVII в.

К вопросу о генезисе и развитии поместного землевладения в Угличском крае. нач.XVII в.

Ю.Б.Куницына

«К вопросу о генезисе и развитии поместного землевладения

в Угличском крае»

нач.XVII в.

История средневекового периода Углича – это обширное поле для изучения и исследования, потому как до сегодняшнего дня существует только хронологическая канва, намеченная пунктирами основных событий. О том, что и как происходило в средневековом обществе, можно только догадываться. Люди жили, трудились, воевали. Строили свои отношения на личных и клиентарных связях, ибо средневековое общество иерархично и вне своей страты отдельному индивиду выжить было невозможно. Люди средневековья молчаливы и скромны. Соответственно источниковедческая база, особенно, для регионального исследователя мала. Сведения разрозненны, их немного. Потрясения, сопутствующие крупным событиям приоткрывают завесу над terra incognita средневековья. Появляется возможность вычленить причинно-следственные связи, заполнить лакуны в череде событий, идентифицировать персоналии. К таким потрясениям, безусловно, относится Смута, затронувшая, кажется, самые отдаленные уголки Центральной России. После неё разоренные земли Российской глубинки попадают в руки дворян – сословия, зародившегося в стране еще в XV веке. «Порозжие» неустроенные земли стали почвой, на которой, возрос феномен, вошедший в историю культуры как « русская усадьба».

Доклад посвящен теме формирования поместного землевладения в Угличском регионе. Обширность темы заставила ограничиться рассмотрением особенностей зарождения поместной системы в Угличском крае и выявлением некоторых старинных дворянских семей, сыгравших важную роль в истории города. Для решения поставленной задачи мы обратились к Духовной грамоте угличского князя Дмитрия Ивановича Жилки, Синодику Угличского Воскресенского монастыря, Писцовым книгам второй половины XVII столетия, Очеркам материалов для историко-статистического описания Угличского уезда (далее: Актам) под редакцией М. Липинского, архивным документам.

Синодик Воскресенского монастыря, датируемый второй половиной XVII – XVIII веками, бесценный исторический источник. (С него началась разработка данной темы). Не зря историк Церкви Н.В. Покровский назвал помянник «русской книгой», так как он хранит память о близких и дальних родственниках. В череде записанных для поминания лиц встречаются и князья, и духовенство, и дворяне, и крестьяне, и художники, и архитекторы, словом, те, кто играл важную роль в истории обители и края. Особую важность источнику придает то, что фамилии, встречавшиеся в Писцовых книгах, занесены в Синодик.

Важнейшие источники по нашей теме - Писцовая книга 1674-76 гг. стольника А.Ф. Самарина и подъячего Русинова и Акты под редакцией М. Липинского, хранящиеся в музее. Писцовые книги составлялись государственными чиновниками и по государевой надобности. В истории дворянства они играли важнейшую роль. Книги имели юридическую силу и, в случае необходимости, могли подтвердить право на землю, на крестьян, на собственность. Подтверждали право на дворянство. В них находились сведения о составе поместий и информация о владельцах. Однако, вопрос о репрезентативности источника все-таки остается. В Актах собраны документы, относящиеся к началу XVII века, Писцовых книгах – к середине и концу столетия. Объединение данных из обоих документов дает интересный материал по истории поместного владения.

Некоторые сведения были почерпнуты из архивных документов XVIII века, содержащих ссылки на XVII столетие. Но надо признать, что источниковедческая база мала. В нашем распоряжении нет, например, Дозорных книг, которые составлялись в разоренных местностях, или других подобных документов – свидетельств работы московских делопроизводителей. А имеющиеся в музее художественные и материальные источники относятся к «золотому» веку усадьбы - кон. XVII - XIXвв.

Монография Л.И. Ивиной1 «Внутреннее освоение земли в России в XVI в.» стала неоценимым помощником, поскольку автор в своих исследованиях делает ссылки на документы, не доступные для нас в настоящий момент.

Первые сведения о дворянстве в Угличских землях появляются в XVI веке. К началу этого столетия Угличского княжества не существовало, а в документах фигурировал «Угличский уезд». Границы его совпадали с границами княжества, и, хотя они были достаточно подвижны, можно утверждать следующее: основные территории соседствовали с ростовскими, ярославскими и кашинскими землями. Уезд делился на Городской, Елоцкий, Кадский, Моложский и Рожаловский станы.

Большинство известных светских владений располагались на левом берегу Волги, в пределах Городского, Елоцкого и Кадского станов. Это были обжитые, заселенные земли, менявшие владельцев достаточно часто. Крупных владений среди них не было. С чем это связано? Выдвигаемая гипотеза следующая.

На территории Угличского княжества отсутствовала собственная династия. Попытки ее основания оказались неуспешными: только трех князей - Владимира, Андрея и Романа - можно считать местными. Андрей и Роман не оставили потомства и земли перешли сначала к ростовским, а в последствии московским князьям. Возможно, поэтому не сформировались крупные земельные владения, так как княжество переходило из рук в руки, меняя не только князей, но и династии. Боярство и ближняя дворовая челядь предпочитали иметь владения поближе к стольным городам, к княжеской резиденции. Углич же был периферией.

Есть еще одна особенность, связанная с положением Углича по отношению к столице. В региональной историографии утвердилось мнение, что город попал в зависимость от Москвы при Иване Калите. Как это произошло, не слишком ясно. Вдуховной Ивана I об этом ничего не говорится, как и в завещании его сына Семена Гордого. Статус определяется по духовной Дмитрия Ивановича Донского, где Углич назван «куплей деда»2, т.е Ивана Даниловича. Как бы то ни было, но с конца XIV века Углич неразрывно связан с Москвой. Он становится своеобразным доменом, собственностью великокняжеской фамилии. Это прослеживается, в первую очередь, по духовным грамотам. Великий князь мог отдать Углич, окрестные села и деревни (например, Боровским князьям), но потом неизменно забирал обратно. В собственном домене чужие крупные владения расценивались как угроза, особенно, в средневековье. Великокняжеские владения становятся своеобразным фондом, из которого жалуют лиц, послуживших Отечеству и государю. Уже формально считаясь уездом, Угличские земли все-таки существовали в режиме княжества, потому что владели ими младшие братья великих князей. Известно, что Дмитрий Жилка, имел все внешние атрибуты княжения: войско, казну, челядь. Своих ближних слуг он награждал поместьями. Например, в Межевой книге 1555-1557 гг. записано, что деревня Юркино и Савинская – поместные земли Невежи Тимофеева Облязово – потомка Вельяминовых, которые в XV веке служили удельным, а не московским князьям. Иван Васильевич Обляз, сын Василия Федоровича Вельяминова был воеводой угличского князя Дмитрия Ивановича Жилки в походе 1507 года.3

Если Облязовы имели поместья, то можно предположить, что служилые люди из близкого окружения Дмитрия Жилки, такие как постельничьи Федор Кокошкин Малов и Андрей Белкин, казначеи Василий Дмитриевич Нефимонов и Тихон Федорович Михалков, то же имели поместья.

Тем более, что в Духовной князя их имена упоминаются, в отдаче земли монастырям на помин княжеской души. Поместья, числились за определенными людьми: Олешкой Упиным, Яковом Поплевиным, Федором Кокошкиным Большим, Федором Кокошкиным Меньшим, Василием Волынским. За Иванцом и Яковом Плишкиными, Иванцом Туром Меньшим, Гридей Шершавиным числились владения, которые приобрел Дмитрий Жилка4. Легкость, с которой Дмитрий Иванович берет и возвращает владения обратно, заставляет предположить, что земли княжеские и раздавались по желанию владельца

Многие из вышеназванных владельцев, скорее всего, были так называемые «дети боярские». Как считает И.Б. Михайлова, страта «детей боярских» стала формироваться на рубеже XIV-XV вв., как снизу (из местных «земских» вотчинников, разбиравших общинные земли), так и, в основном, сверху – путем пожалований вотчин и поместий своим приближенным5.

Таким образом, в начале XVI века поместная система хорошо известна в Угличском крае и вписана в отношения «князь – служилые люди». Во второй половине XVI века свободные земли оказываются в руках поместных владельцев, вышедших из другого пласта страты «детей боярских» - из земских вотчинников, таких как Раковы, известных в Угличе с XVI века. Русин Раков числился в 1591 году городовым приказчиком. Род Раковых прослеживается на протяжении XVI-XVII вв.

Если владения земли на поместном праве случались уже в правление Дмитрия Жилки, то повсеместным явлением это стало в конце XVI столетия – начале XVII. Известно, что отличившиеся в боях получали в качестве вознаграждения земли. Как, например, получил их Карцев Иван Борисович, который был пожалован поместьем за «московское осадное сидение» 1616 г.

Среди пожалованных землей неожиданно много оказалось «иноземцев». Они тоже служили русскому правительству.

С течением времени их иноземное происхождение выдавали только фамилии, заканчивавшиеся на -ский. Ивина указала, что во второй половине XVI века в Угличском уезде появляются владения польских панов.

В своем исследовании, например, она говорит о существование вотчины Татьяны Булгаковой, владевшей землями отца в 1615/16 годах, а до него принадлежащих Жигимонду Николаеву, поляку по национальности. В начале XVII столетия иностранцев-помещиков становится все больше. Они награждались землями по жалованным государевым грамотам за службу. Как это, например, произошло с Федором Михайловичем Лодыженским, получившим поместье в 1625 году.

Среди иноземцев лидирующее положение удерживали поляки. В Москве существовал Панский приказ, который управлял делами иностранцев, конкретнее – польскими. Но среди угличских владельцев поместьями числятся еще «гречины», «немчины», «угренины» и «литвины».

Таким образом, поместная система в Угличском крае известна с XVI столетия. Однако в этот период большого распространения не получила. Преобладали вотчинное и монастырское землевладение и «черные» земли, своеобразный «государев фонд», который стал активно разрабатываться во второй половине XVI века. В процентном отношении поместий было немного, но число их постоянно увеличивалось, причем не только за счет местных мелких собственников – «детей боярских», но и иноземцев, служивших русскому правительству.

Укоренившееся мнение о том, что вотчина – наследственное неотчуждаемое владение, а поместье – условное, не всегда бывало верно. Грань между этими типами владений прозрачна. Мы видим, как легко отбирает вотчины Дмитрий Жилка, и, в то же время, вдова поместного дворянина-иноземца претендует на землю мужа «на прокорм», а в конце XVII века сын и вовсе наследует поместье отца. Об этом свидетельствует челобитная 1674 года Юрия Михайловича Лодыженского, ходатайствующего о том, чтобы земли отцы «за ним справить». В 1689 году по приговору боярина князя Ивана Борисовича Репнина «со товарищи» были даны грамоты на поместье Юрию Лодыженскому. Еще до указа 1714 года угличские помещики совершали земельные сделки: обменивались участками, сдавали их в аренду.

Вторая часть поставленной задачи заключается в идентификации персоналий. Л.И Ивина упоминает фамилии местных владельцев, правда считает, что эти фамилии исчезли с исторической арены. Не совсем так. Действительно пропали, например, имена Невежи Тимофеева Облязова, Шумихиных и Замыцких. Другие фамилии, которых исследователь, считает исчезнувшими, удалось найти в архивных документах и Синодике. В Приложении помещены некоторые семейства.

Приложение.

1.Голочелы-Пятовы.

Это те Голочелы, которые принадлежали известному боярскому клану Морозовых. Род Морозовых был тесно связан с Угличем. Еще в XV веке Андрей Васильевич Большой имел боярином Дмитрия Давыдовича Морозова Иван Голочел был двоюродным братом Федора Алексеевича Давыдова Морозова. Иван Дмитриевич Голочел Давыдов служил Василию III, состоял в воеводах. Во второй половине XVI в. Голочелам принадлежали небольшие вотчины на реках Корожечне и Вороне Городского стана6. Из «Духовной грамоте князя углицкого Димитрия Ивановича (Жилки) известно, что село Рождествено с деревнями было куплено князем «у Ивана Голочела у Дмитриева сына Давыдова»7. В нашем архиве сохранились документы на пожалованные Голочелам земли правительством Бориса Годунова.8

Таким образом, их владения находились и в Кашинском и в Угличском уездах, центром считалось сельцо Родичево.

2. Раковы.

Эта фамилия известна с 16 века. Они внесены в Синодик Угличского Воскресенского монастыря, Писцовые книги и другие документы. В 1591 году Русин Раков числился городовым приказчиком. Никита Русинов сын Раков был в 1596 году новиком поверстанным в Угличском уезде. Владел частью села Котово, эту часть в 1614/15 гг. унаследовал сын Павел. Павел упоминается в Синодике, из которого известно, что он был губным старостой на Угличе. Земли, принадлежавшие им, находились не только в Городском, но и в Рожаловском стане. Там находилось село Раково, видимо, родовая вотчина. В Актах Липинского за 1622 год отмечен Григорий Раков, за ним числились и вотчины и поместья, к этому времени весьма запустелые.

3.Скрипицыны.

В Угличском уезде Скрипицыны известны с 50-х гг.XVI века. По утверждению Л.И. Ивиной за Самойлом Скрипицыным в это время числились деревни Куст, Тевелгино и Губино. «Сын боярский Самойло Лукьянов сын Скрипицын упоминается в качестве послуха в данной 1569/1570 гг. Истомы Васильева сына Буракова Кирилло-Белозерскому монастырю. Его сын Никита унаследовал эти деревни.

Землевладельцем Угличского уезда, следовательно, Самойло Скрипицын стал еще до конца 60-х гг.16 века, получив земли, находившиеся уже в поместном держании9». В 20-30 х гг. XVII в. Писцовые книги фиксируют запустевшие поселения вокруг деревни Фоминой, принадлежавшие Ивану Лукьяновичу Скрипицыну. В «Актах» Липинского упоминается Савелий сын Иванов Скрипицын 10 лет, владеющий пустошью Шемякино. В Писцовых книгах Самарина и Русинова упоминаются Никита и Федор Скрипицыны. Им принадлежали земли около Селивановского ручья и пустоши Зманово и Лутково, Вышаково и Путково. В Синодик Воскресенского монастыря внесена поминальная запись рода Юрия Савича Скрипицына. 4.Маракушевы.

Старинный угличский род. Упоминается в Писцовых книгах, в Актах Липинского, в «Ономастиконе» С.Веселовского, Синодике. У Веселовского отмечены два Маракушева: Рудный(втор.пол.XVI века) и Бауш Афанасьевич Маракушев, стрелецкий голова 1614 года10. В Актах Липинского за 1619 год помещен Список в получении ямских денег с поместья Б.А. Маракушева, располагавшегося в Моложском стане, (полусельцо Ажирово) и в Койском стану (сельцо Личишево с деревнями). В Актах за 1622 год записаны Борис, Бауш и Молчан. У всех указаны во владении и вотчины и поместья. В Писцовых книгах 1674-76 гг и в Синодике упомянут Тимофей Елизарьевич, причем в Писцовых книгах сказано, что двор его находится рядом с воеводским, на территории Кремля.

5.Карцовы/Карцевы.

С. Веселовский упоминает Ивана Федоровича Карцева, который значился по Угличу еще в 1425 году. Л. Ивина пишет о Григории Федоровиче Карцеве, который продал село Максимово в 10-20 –хх гг.15 века Троице-Сергиеву монастырю. Затем она добавляет: «Среди владельцев здешних мест< район села Прилуки, рубеж XIV-XV вв.> - Филиксовы, Карцовы, Бутурлины и другие. Их вотчины были полностью поглощены монастырем, а многие перестали числиться среди землевладельцев по Угличу. Упоминание о некоторых из них далее XV-нач.XVI вв не идут».

Действительно, Фамилия Карцевых отсутствует в Актах, в Синодике, в Писцовых книгах. Совершенно неожиданно один из Карцевых обнаружился. Это - Иван Борисович, пожалованный поместьем за «московское осадное сидение» 1616 года11. Можно предположить, что в Угличском уезде. Какие именно земли получили Карцевы тогда, установить не удалось. Совершенно случайно название деревень обнаружились в архивных бумагах 18 века. Документ называется длинно и официально: «Дело о размежевании земли в пустоши Маковеевой между крестьянами и помещиком Змеевым»12. Вот среди перечислений имен и фамилий и появилась забытая фамилия Карцовых/Карцевых. Таким образом, еще в XVIII столетии семья Карцевых проживала в Угличском уезде и владела землями в Городском стане. Согласно карте генерал - майора Менде еще в XIX столетии на территории Угличской округи располагалась деревня Карцева.

5. На л.77об.Синодика крупным красивым почерком записан род архимандрита Воскресенского монастыря Моисея Кувшинова. Кто же эти Кувшиновы, в семье которых князья и архимандриты? (В списке синодика некоторые указаны как князья и княгини). В книге Л. Ивиной нашлась информация о том, что Кувшиновы числились детьми боярскими по Угличу. В конце 80-х гг. XVI века значился Дмитрий Васильевич Кувшинов, владевший на условиях поместного держания землями у Покровского монастыря, вместе с Дедюрневыми, Квасовым, Федором Нагим и Афанасием Севастьяновым. В Актах Липинского за 1622 год числится Иван Дмитриев сын Кувшинов, вероятно, сын Дмитрия Васильевича, потерявшего свою вотчину в соседстве с монастырем. За Иваном ни вотчины, ни поместья нет. В Писцовых книгах дети боярские Кувшиновы не упоминаются. Известными представителями рода были Иван Иванович Кувшин – Заболоцкий, упоминаемый в 1500 году, Балабон –дьяк великого князя в 1521-1525 гг., Проселок Васильевич, числившийся по Кашину в 1596г, Иван Дементьевич – упомянутый в1634г. В Угличе Кувшиновы-Заболоцкие тоже были, вернее просто Кувшиновы, утеряв вторую часть фамилии. Совершенно неожиданно след Кувшиновых обнаружился в «Деле о явке купчей капитаном Змеевым Михаилом Васильевичем».13 Все это время Кувшиновы жили в Угличской округе.

6. Федор Михайлов сын Лодыженский.

В летописи Курского дворянства под 1648 г. значится грамота «От царя и великого князя Алексея Михайловича всея Руси самодержца в Курск стольнику и воеводе Федору Михайловичу Лодыженскому». Затем Лодыженский получил по жалованной грамоте земли в Угличском уезде, в Городском стане. Об этом есть ссылка в «Деле о явке купчей помещика Ивана Степановича Змеева на купленное имение» 1788 года14. Род Лодыженских прослеживается еще и в XVIII и в XIX вв.

7. Яминские.

Дворянский род. Восходит к началу XVII века, записан в VI часть родословной книги Ярославской губернии. Упоминания о Яминских оставлены в Актах Липинского. Там помещена грамота, датируемая 1617 г. воеводы П.Дашкова, который удовлетворил челобитную еще одного иноземца Василия Луневского и отобрал у «Ондрюшки Яминского» поместье Прямково с деревнями и пустошьми. На поместье были претенденты из клана Яминских: «Ненила, вдова Михаила Яминского с сыном Сенькой да с двумя дочерьми» Таким образом, можно предположить, что Яминские обосновались в Угличском уезде в еще более раннее время, успев обзавестись женами и детьми. В Синодике на л.47 об. помещена поминальная запись Ивана Иванова сына Яминского. Яминские прижились, обрусели, как впрочем, остальные роды иноземного происхождения15.

8. Томановские.

В 80- х гг. 17 века Матфей Томановский владел в Моложском стане деревней Поповкино, которую отдал в наем на 15 лет Якову Тимофееву сыну Креневу. Были у него земли на речке Пукше, в частности, пустошь Щетинино, которую Дарья Михайловская жена Томановского променяла в 1680году дьяку Парфентию Якову сыну Пятово.16 В Писцовых книгах и Актах Липинского этот род не значится, только в Синодике (л.103 об.) записан род Томановского Петра Матфеевича. Сбоку приписано: «дан вкладу мерин вороной». Но вот в архивных документах «Дело об отобрании купчей от майорши Змеевой и капитанши Голосовой на принадлежавшую пустошь Поддубки» читаем, что к 1800 году умер майор Томановский, наследниками его стали два сына Павел- капитан и Петр – артиллерии подъячий (возможно, тот самый Петр, упомянутый в Синодике).

9.Кашкины.

Русский дворянский род, происходящий от грека Корбуши, Кашкина, выехавшего в Россию в 1473 году в свите царевны Софьи Палеолог. Видимо, Кашкины были активны и энергичны, потому как многие из них сделали отличную карьеру. Фёдор Иванович был осадным головой в Гремячем (1615). Стрелецкий голова Тихон Кондратьевич составил писцовые книги по Лебедянскому и Новосильскому уездам (16401648), был воеводой в Кокшайске. Именно Тихон Кашкин записан в Синодик (л.35), а в Писцовых книгах значится Василий Тихонов сын Кашкин, за которым значится «место дворовое пусто» (с 49).

Пётр Гаврилович Кашкин был вице-адмиралом, членом Адмиралтейств-коллегии и директором Адмиралтейств-конторы. Его сын Евгений Петрович - государственный деятель Российской империи, генерал-аншеф, предводитель угличского дворянства, затем в 1793-1796 гг. генерал-губернатор Ярославского наместничества. Дмитрий Евгеньевич (1770 – ок.1835) генерал-майор, участник «Суворовского» похода в Северной Италии, владел сельцом Бурмасово в окрестностях Углича. Неизвестные нам факты приведены у И. А. Серовой: «Он,<Евгений Петрович> был женат на Елизавете Ивановне Воейковой… После выхода в отставку в 1800 –х годах вместе с семьей …переехал в родовое имение Бурмасово, расположенное в Угличском уезде»17 Автор пишет, что в деревне Евгений Петрович занимался литературой и музыкой, а для развлечения местного общества организовал театр. Он знал иностранные языки, любил литературу, в доме была хорошая библиотека, портретная галерея. Но со временем он стал чудачить. В 1794 г. Дмитрием Евгеньевичем был выстроен каменный храм во имя Преображения Господня (храм не сохранился).

Примечания

1Л.И. Ивина «Внутреннее освоение земли в России в XVI века»М., 1995 г.

2Духовные и договорные грамоты великих князей и удельных князей XIV-XVI вв.

3 Л.И. Ивина. Внутреннее освоение земли в России в XVI века. М., 1995. с.

4 Духовные и договорные грамоты…Ук.соч.

5 цитата по А.Б. Мазуро//Российская история, №2/11 «Государев дьяк Андрей Шерефетдинов и его род».

6 Писцовые книги стольника Самарина и подъячего Русинова. С.50

7 Л.И. Ивина… Ук. соч.

В 50-х гг.16 века на реке Корожечне, у села Спасского Угличского Покровского монастыря Ивану Петрову сыну Голочелу принадлежала небольшая вотчина, которую он продал в 1556-1557 гг., а также сельцо Подольское на Корожечне. Григорий Голочел Пятово на реке Вороне в 1598/99 гг. владел небольшой вотчиной, ранее принадлежавшая Рюме Казину и Мансуру Опочинину (цит. по Ивиной)

8 Духовные и договорные грамоты великих и удельных князей XIV-XVI вв 11УФГАЯО ф.48, оп.6, ед.х.3. Вводная грамота Голочелу Степанову сыну Пятово на поместье в Кашинском уезде за 1570 год.

В 1598 году Борис Федорович Годунов дал еще одну Вводную грамоту Ивану Голочелу Пятово на пожалованную ему вотчину пустоши Оладейцево –Тарасово Нерехотского стана Кашинского уезда. УФ ГАЯО ф.48, оп.6, ед.х.5

9цитата по Ивиной Л.И. Ук.соч.

10www.psudology.org/state/onomastikon.

11Писцовые книги стольника Самарина и подъячего Русинова. С.50

12. УФГАЯО ф.92.оп.1 ед.хр.793

После долгого и сложного раздела земли, передачи по наследству, куплей и продаж в 1776 году Парасковья Петрова жена Авраама Москотиньева променяла своей невестке, жене умершего брата Дарье деревни (среди которых Дымцово), а Дарья вышла замуж за Степана Карцева, стряпчего. У них родился сын Василий, унаследовавший земли. Василий дослужился до комиссара.

13 УФГАЯО, ф.92,оп.1, ед.хр.659.

В 1796 году поручик Андрей Иванович Кувшинов продал Михаилу Васильевичу имение, состоявшее из пустоши Бабцыно, пашенной и непашенной земли в количестве 29 десяти

14 УФГАЯО, ф.92, оп.1.

В дело помещена ссылка, из которой известно, что в «списку с писцовых книг Углицкого уезду писма и меры Северьяна Давыдова да подъячего Осипа Тимофеева 135,136,137,138(1627,1628,1629,1630) годов о городском стану» в поместье за Лодыженским записаны пустоши, бывшие деревнями Полюжье, Отолчино, Инарево, Рожково.

Федору Михайловичу наследовал сын Юрий, то же стольник. Запись была сделана в отказных книгах Углицкой съезжей избы подъячим Иваном Терентьевым да пушкарем Иваном Голосовым (Голосовы также упоминаются в документах) о том, что отказано Юрию Лодыженскому поместья и вотчины отца его Федора Лодыженского. Юрий собирал земли, поместье отца было увеличено. Сделки совершались с местными владельцами, такими как Иван Гутковский.

В 1723 году кавалерии лейтенант Андрей Юрьев сын Лодыженский купил у отставного капрала Микифора Никитина сына Кучковского пустошь Буславль, в 1730 году – у Михаила Иванова сына Вражского пустошь Корыванцево, пуст. Кротово, полпустоши Черницово, в 1731 г.- у Осипа Богданова сына Нечаева – Нагавицыно. Андрей Юрьевич имел дочь Елену, которая вышла замуж за Николая Степановича Шемякина. Н.С. Шемякин генерал-майор, герой русско-турецкой войны, происходил из дворян Московской губернии. Был воспитанником Сухопутного кадетского корпуса и выпущен в армейскую кавалерию. В 1773 году с тремя ротами оказал мужественное сопротивление туркам, которые были опрокинуты русскими солдатами и обращены в бегство, В 1775 году, командуя Сибирскими драгунами, получил орден св. Георгия IV степени.

15 УФГАЯО, ф.92, оп.1 ед.хр.758.

В1641 год пустошь Поддубье из порозжих земель по сыску была дана Семену, Михайлову сыну в поместье, со всеми угодьями. В 1666 году поместье перешло Афанасию Семенову сыну Яминскому, а в 1671 году его унаследовала Афанасьева жена Пелагея. После этого Поддубье переходило из рук в руки, пока очередной владелец Кисловский не променял его Тимофею Афанасьевичу, который совершил очередную земельную мену с Матвеем Томановским, отдав ему Поддубье, выменяв себе пустошь Сивцово.

В 1800 году Василий Федорович Яминский действительный статский советник владел селом Котово, сам Василий Федорович «жительствовал в Санкт-Петербурге

16УФГАЯО, ф.48, оп.1 ед хр 2.

17Серова И.А. Ярославль дворянский. Мир губернаторской усадьбы и его отражение в жизни благородного общества.1777-1917.-Ярославль: ООО «Академия 76», 2011, с.41.

x
Подписаться на новости
X