A
A
C
C
C
Обычный вид
Версия для слабовидящих
Государственное автономное учреждение культуры Ярославской области
Угличский государственный историко-архитектурный и художественный музей
ГлавнаяНаука и публикации → Кирпичное производство в Угличе

Кирпичное производство в Угличе

Евгений Лиуконен

Основу облика Углича формирует значительное число старинных зданий. Храмы, ансамбли монастырей, купеческие особняки выразительно выделяются на улицах и в волжской панораме города. Конечно, исконным и наиболее массовым строительным материалом наших мест было дерево, но более долговечны и прочны каменные здания – именно таковыми является большинство памятников архитектуры.

Старинные здания традиционно именуются каменными, но в большинстве случаев они возведены из керамического кирпича. Данное логическое несоответствие настолько укоренилось, что «кирпичное» и «каменное» строительство стали почти синонимами. В действительности в нашей местности крайне редко можно увидеть здания из натурального камня или хотя бы с облицовкой. Интересен еще один нюанс – слово «здание» с большой долей вероятности происходит от древнеславянского «зьдъ», «зод» – глина. Следовательно, в первоначальном значении слова «здание», «зодчество» наиболее логично связываются с кирпичными постройками.

Кирпичное строительство в Угличском крае берет начало во второй половине XV века, когда в период правления князя Андрея Васильевича Большого (1446-1491 гг.) в кремле возводятся Спасо-Преображенский собор и масштабный комплекс княжеского дворца, в левобережном Покровском монастыре в 1479-1482 годах строится величественный собор. Наиболее ранним был Спасо-Преображенский храм. Примечательно, что в результате изучения его остатков известный археолог В.А. Булкин установил, что на начальном этапе собор строился белокаменным, затем основным материалом стал кирпич.

В последующее время, в XVI веке, продолжалось значительное строительство в местных монастырях: в Покровском была возведена Никольская церковь «под колоколы» (1526 г.), перестроен Покровский собор (1523 г.); в Николо-Улейминском – Введенская церковь (1559-1563 гг.) и Никольский собор (1577-1589 гг.); в Алексеевском – одноименная церковь (1520-е гг.); также храм в Кассиано-Учемской пустыни. Даже в Угличе на посаде строились каменные здания – в 1572 году упоминается палата с погребом на дворе Ефрема Малафеева сына Толмачева, на Воскресенской улице. О строительстве тех лет известно крайне мало, практически отсутствуют документальные свидетельства. В отношении построек Андрея Большого выдвигались предположения, что их могли возводить приглашенные новгородские, псковские или ростовские мастера. Оставшийся незавершенным каменный Успенский храм на торговой площади, очевидно, строили тверские мастера, поскольку во время раскопок 1996-1998 годов поблизости было найдено множество тверских медных монет – пул.

Отсутствуют сведения и о производстве кирпича в тот период – производился ли он поблизости от места строительства либо поставлялся извне? Если пригодный для стеновых работ известковый камень неизбежно являлся привозным материалом, то изготовление кирпича вполне могло быть налажено и на месте. Для этого в изобилии имелись высококачественная глина и дрова. Но также для организации производства были необходимы знающие мастера.

К исходу XVI столетия в Угличе формируются собственные строительные кадры. Например, в Угличком летописце сообщается о нескольких ремесленных слободах между Камышевым и Греховым ручьями, где жили «плотники, каменщики, кирпичники, лесники, столяры… и прочие иные всякие ремесленные люди». Там же были лесной, кирпичный, сенной и овсяный рынки, а также пригородная торговая площадь.

Наличие в Угличе собственных артелей каменщиков и кирпичного производства можно признать полностью достоверным. По крайней мере, в описании города 1620-х годов значатся проживавшие на Федотовой, Окишевой, Ильинской, Сарайской улицах, в Дурасовом переулке каменщики и кирпичники. Некоторые их дворы были «белыми», – т.е. освобожденными от податей и посадского тягла, что неудивительно, поскольку данные профессии считались редкими и чрезвычайно важными для государства. Мастера были записными, – находились в ведении учрежденного в 1580-х годах Приказа каменных дел. В их обязанность входило по предписанию государства выполнять различные казенные работы. Например, угличских мастеров в 1623, 1624 годах направляли на строительные работы в Москву и Можайск.

По Писцовым книгам 1629-1631 годов в Алексеевской подмонастырской слободе наряду с другими ремесленниками жили семь каменщиков и шесть кирпичников. С большой долей вероятности эти перечисленные поименно мастера принимали участие в возведении Успенской «Дивной» церкви и других зданий – каменное строительство в Алексеевском монастыре в 1620-х годах при старце Мисаиле было весьма значительным.

К сожалению, многие ранние образцы каменного зодчества Угличского края были разрушены или серьезно повреждены в Смутное время, но на их месте в течение XVII века возводились новые храмы, преемственно продолжая прежние традиции. Дорогой и качественно изготовленный кирпич никогда не пропадал – его старались использовать вновь. В частности, существующий Спасо-Преображенский собор начала XVIII века в значительной степени построен из кирпича XV века, полученного от разборки прежнего храма и дворцовых зданий. До наших дней сохранился уникальный памятник древнерусского зодчества – княжеская палата. На ее фасадах, наряду с поздней вычинкой, можно видеть подлинные кирпичи времени Андрея Большого. В собраниях нескольких музеев сохраняются орнаментальные плиты и балясины, составлявшие декор треугольных завершений-щипцов.

Не вызывает сомнений, что во второй половине XVII века для реализации крупных проектов, – например, строительства ансамблей Воскресенского, Николо-Улейминского монастырей, Дивногорской Троицкой пустыни – приглашали артели мастеров из Москвы, Ярославля, Ростова. Но в Угличе по-прежнему были и собственные мастера, способные выполнить сложный и ответственный заказ. Например, 18 марта 1689 года угличане, посадские люди Артемий Данилов сын Птицын, Иван Иванов сын Русинов, Иван Елизарьев сын Кисельников, Устим да Клим Васильевы дети Шкурятевы, Степан Парфентьев сын Шапошник, Тимофей Федоров сын Братцов, Михайло да Филипп Васильевы дети Устюженцевы, Аника Ивлев сын Чупрунников, Дементий Патрикеев сын Булгаков дали рядную запись игумение Богоявленского монастыря Елене с сестрами. В соответствии с договором они обязались построить в монастыре новый каменный храм – это была сохранившаяся до наших дней двухэтажная пятиглавая Смоленская церковь.

В рядной записи оговаривалось, что «к тому каменному делу всякий припас» – бутовый камень, сваи, известь, песок, воду, глину, «лес полубной и подвязной и кружальной и колоды деревянные в дверях», ушаты, ведра, лопаты, заступы, топоры, гвозди, черепицу на главы должны были поставить каменщики. Кирпич, железо на связи, решетки, подставы, кресты на главы, другой различный кузнечный товар и кровельный тес должен поставить монастырь.

В данном случае мастера выступают и в качестве поставщиков материалов. В частности, они должны были изготовить либо закупить черепицу для глав. При этом поставку кирпича принимает на себя монастырь, – следовательно, в конце XVII века в Угличе существовали кирпичные заводы, где было возможно заказать необходимый материал. В городе бытовало четкое разделение на каменщиков и кирпичников. В наше время подобное воспринимается само собой разумеющимся фактом, но значительно позднее строительства Смоленской церкви нередко встречались «мастера на все руки», бравшиеся выполнить все виды работ.

Вскоре после завершения каменного храма Богоявленского монастыря еще более масштабным делом становится строительство нового городского Спасо-Преображенского собора. В марте 1700 года грамотами от царя и ростовского митрополита было дано разрешение разобрать старый обветшавший храм и возвести новый на деньги жертвователей. 20 августа принявшие на себя ответственность бурмистр Филипп Калистратов и посадский человек Дмитрий Федоров сын Гнезников заключили подрядную запись с артелью мастеров, которую возглавлял крестьянин Ярославского уезда Городского стана, вотчины стольника Григорья Семеновича Васильчикова села Знаменского деревни Юрятина каменных дел подрядчик Григорий Федоров. В артель также входили каменщики Андрей Лукьянов, Федор Васильев и другие – всего девятнадцать человек, крестьян Ярославского уезда.

Относительно материалов в документе оговаривалось: «А сделать то все церковное строение против записи, что писано выше сего, кроме глав и кровель и полов, всякими припасы: кирпичом и известью, и железом связным и решетошным, и всякими лесными припасы, всякими мастерами и работники, окроме затворов, нам вышеписанным каменщикам и подрядчикам».

Из сказанного следует, что мастера принимали на себя полную ответственность за поставку материалов, – в том числе кирпича и извести. Далее оговаривалось, что Филипп Калистратов и Д.Ф. Гнезников обязались отвести места для кирпичных сараев и печи, «где сыщется глина добрая в поле близ посаду». Мастеров, которые будут делать кирпич, следовало освободить от оброка и повинностей. Уплату всех пошлин на строительные материалы принимали на себя заказчики. Одновременно оговаривалось, что весь материал от разборки старого собора передать подрядчику и каменщикам, – в частности, кирпич, бутовый и белый камень, связное железо. Весь разборный старый кирпич – «целый и половик, и третник» – использовать в кирпичной кладке.

Строительство Спасо-Преображенского собора осуществляли ярославские мастера под руководством подрядчика каменных дел Григория Федорова, но, вероятно, они являлись лишь исполнителями работ. Одновременно оговаривалось, что над подрядчиком и каменщиками в церковном деле должен был надсматривать наборщик Печатного двора Григорий Иванов сын Устинов. Столь странную должность в тот период занимал будущий известный архитектор петровского времени, происходивший из Углича. Вероятно, он являлся автором проекта собора, для которого выполнил упоминаемые в подрядной записи чертежи. Свидетелем при оформлении документа выступал каменных дел подмастерье Кондрат Семенов сын Мымрин – другой известный московский строитель.

Из сказанного можно сделать вывод, что уже в XVI-XVII веках местное кирпичное производство и каменное строительство получили значительное развитие. Были в городе и собственные мастера, и налаженная работа. Но все же обозначенная деятельность имела эпизодический характер, в основном обеспечивая потребности монастырского строительства. Значительный урон нанесли трагические события Смутного времени и высылка мастеров на работы в другие города.

Временем расцвета каменного строительства в Угличе становятся XVIII-XIX века, когда оно приобретает массовый характер. Но и данный период не избежал испытаний. 20 октября 1714 года был принят известный указ Петра I о запрете каменного строительства по всей стране, кроме Санкт-Петербурга. Он нанес урон облику провинциальных городов, вновь рассеял умелых мастеров. Но после кончины императора строгость указа ослабевает – в Угличе уже со второй половины 1720-х годов, задолго до официальной отмены указа в 1741 году, вновь ведется каменное строительство.

В начале XVIII века в Угличе на посаде находилось около двадцати дворов каменщиков и кирпичников. В частности, в 1709 г. было 22 двора, в 1710 г. – 25, а в 1718 г. – 18 дворов. В них проживало около шестидесяти человек мужского пола. Изготовлением кирпича занимались Братцовы, Саватеевы, Чупрунниковы, Коровниковы и другие горожане. Пять кирпичников имели фамилию – Омячкины.

В Угличском летописце приводится такая характеристика местности и природных ресурсов: «Положение имеет вообще почти все ровное, а хотя и есть горы, но невеликия, земли – материк с пещаною и черною, самою доброю и плодородною землею. И притом есть и суглинныя места, на которых построены многия кирпичныя заводы, где делают на строение каменное кирпича многия тысящи».

В течение XVIII столетия в городе и уезде из кирпича в основном строили приходские церкви, которые в значительной мере заменяют исконные деревянные храмы. Гражданское строительство исчислялось лишь несколькими жилыми и казенными зданиями. Ситуацию в корне меняет введение генерального плана 1784 года – в конце XVIII – первой половине XIX веков на городских улицах и площадях строятся десятки купеческих особняков, возводится внушительный комплекс торговых рядов, а также монументальные мосты и административные здания. Это меняет облик города и приводит к невиданному доселе развитию кирпичного производства.

В 1803 году в Угличе насчитывалось семнадцать кирпичных заводов: 1) Дмитрия Болтунова, 2) Ивана Гаврилова Омячкина, 3) Ивана Иванова Омячкина, 4) Василия Гнидина, 5) Василия Алексеева Омячкина, 6) Петра Иванова Омячкина), 7) Ивана Пятунина, 8) Алексея Омячкина, 9) Василия Жирякова, 10) Петра Васильева, 11) Ивана Иванова Рудеева, 12) его же, 13) Ивана Васильева Коновалова, 14) вдовы Марфы Коноваловой, 15) вдовы Анисьи Омячкиной, 16) Федора Гаврилова Омячкина, 17) Алексея Гаврилова Омячкина.

Заводы выпускали в среднем от 30 до 150 тысяч кирпичей в год – были и незначительные, и более крупные. «А всего на всех заводах в год вырабатывается вольнонаемными людьми кирпичу один миллион триста тысяч. Цена каждой тысяче – семь рублей. Итого, на 9100 рублей. В продажу употребляют кирпич здесь, в городе, а вывозу в другие города или губернии не бывает».

Перечисленные горожане были потомственными держателями кирпичных заводов. Омячкины, Коноваловы, Пятунины, Рудеевы преемственно занимались производством на протяжении по меньшей мере 100-150 лет. В частности, можно отметить, что посадские люди Михаил Иванов и Иван Сергеев Омячкины, Иван Федоров Рудеев в 1758 году обязались поставить необходимое количество кирпича для строительства Пятницкой церкви. Производством кирпича также занимались горожане Лыхины, Оленевы, Солнышниковы, Верещагины.

Изготавливался кирпич, как правило, на заказ. Например, 30 декабря 1816 года угличский посадский Федор Гаврилов сын Омячкин заключил договор с купцом 2-й гильдии Михаилом Ивановым сыном Зиминым, по которому порядился поставить с собственного своего кирпичного завода «хорошаго и самаго лучшаго обжигу крупнаго и одинакой формы кирпича весом от одиннадцати до двенадцати фунтов в каждом» сто тысяч кирпичей. Из них половину требовалось изготовить к 25 июля 1817 года, а другую половину – к зимнему времени. Стоимость каждой тысячи составляла 17 рублей. Зимин должен был принимать кирпич с завода на свои подводы. Ответственность за низкое качество отчасти делилась между заказчиком и производителем. Так, на девять целых кирпичей следовало принимать один ломаный, но худо обожженный заменять качественным. Примечательно, что в 1817 году М.И. Зинин приобретал соседние участки земли на Пятницкой площади, – значит, обозначенный заказ с большой долей вероятности шел на строительство известной купеческой усадьбы.

Заводы в тот период имели самое простое устройство и располагались на городской выгонной земле, обычно вблизи Московской, Ростовской дорог и к юго-западу от города. Например, в декабре 1792 года один из Омячкиных продал завод своему родственнику за 55 рублей. При этом было кратко описано устройство: сарай, крытый дранью и тесом, обжигательная кирпичная печь, крытая особо тесовым шатром.

В 1795 году состоялась еще одна продажа – деревянного завода на градской выгонной земле, рядом с другими заводами близ селения Иерусалимской слободы и Камышевской деревни. Там имелись два горна, покрытые новым тесом.

На производстве были заняты наемные работники, но, очевидно, они не всегда могли обеспечить цикл работ. В ноябре 1793 года купецкий сын Иван Михайлов Лялин заключил договор тоже с купецким сыном Дмитрием Васильевым Коноваловым, по которому обязался в отведенных местах накопать глины на восемьдесят тысяч кирпичей. Работу следовало производить в летнее время – в будущем 1794 году с 1 мая по 1 сентября. «Означенную глину копать со всяким старанием и поспешностию, чтоб в делании того кирпичнаго мастерства мастерицам никаковой остановки не чинить». Цена накопанной глины на каждую тысячу кирпичей составляла 75 копеек. В договоре интересно упоминание мастериц, что, вероятно, свидетельствует об использовании на кирпичном заводе женского труда.

В городском строительстве сложилось четкое разделение на различные специальности, а кирпич всегда заказывался на заводах. Но в сельской местности еще на рубеже XVIII-XIX веков ситуация выглядела совершенно иначе. Например, в 1799 году подрядчик Яков Кузьмин, являвшийся крепостным крестьянином из Ярославского уезда, принял подряд на строительство церкви села Коряево Угличского уезда. При этом его артель должна была не только выполнить кладку, но и изготовить необходимое количество кирпича на специально устроенном приходскими людьми заводе, обжечь известковый камень. Кроме того, следовало выполнить плотницкие, кровельные, кузнечные, печные, штукатурные и малярные работы, – т.е. артель должна была включать мастеров на все руки. Полная стоимость составляла 2700 рублей.

В сельском строительстве использовалась и другая организация работ. В 1817 году помещик коллежский асессор Николай Алексеев Зверев пригласил владельца кирпичного завода посадского Василия Яковлева Гнидина, чтобы на специально построенном заводе изготовить двести тысяч кирпичей. Очевидно, перевозка кирпича представляла большие сложности, поэтому его предпочитали производить поблизости от места строительства.

В конце XIX – начале XX веков по причине экономического упадка города строительство пребывало в затишье. Поэтому одновременно функционировали обычно 5-7 заводов. При этом объем производства мало отличался от периода столетней давности – были мелкие заводики, ежегодно выпускавшие десять тысяч, были крупные – по сто тысяч. Наиболее значительным предприятием являлся завод Сергея Ивановича Пятунина, иногда выпускавший 200-300 тысяч кирпичей в год. Предприятия были небольшими кустарными, при этом представляется, что в поздний период должна была произойти их частичная механизация – вполне могли использоваться глиномялки и прессы, хотя бы на конном приводе. В конце XIX века в Угличе сложилась замечательная традиция клеймения кирпича. Инициалы владельцев заводов на торцах кирпичей стали своеобразной летописью в камне, читаемой на фасадах многих старинных зданий.

x
Подписаться на новости
X